Вот и встретились...
ГОРОХОВ.RU → Белкины повестиРазноголосый шум оживленной улицы врывается в уши. Прямо передо мной подъезд большого отеля. Помедлив секунду, шагаю к гостеприимно разъехавшимся стеклянным дверям.
Огромный холл полон народа. На всем печать избранности. Сотни мужчин в смокингах и женщин в вечерних туалетах заполняют зал, льется оглушающий запах дорогой парфюмерии и сверкание бриллиантов. В углу играет небольшой оркестр.
Внезапно, как по команде, наступает тишина. Робко пискнула скрипка… отчетливо и звонко разбился бокал. Головы поворачиваются в мою сторону.
— … Позвольте! Но так нельзя, это неприлично, — размахивающий руками портье, наткнувшись на прямой правой, скорчился под пальмой.
Окинув примолкшую толпу тяжелым взглядом, неторопливо прохожу к дверям лифта, нажимаю вызов, одной рукой приветливо машу публике, другой вышвыриваю из кабины мальчишку-лифтера.
Пока лифт идет на тридцать седьмой этаж, смотрю в зеркальную стену. Зеркало послушно отражает сорокалетнего мужчину в хорошей форме, с прекрасной атлетической фигурой, зачесанными назад волосами и волевыми чертами лица.
Совершенно голого.
Выхожу из кабины, иду по пустому коридору. Номер с табличкой 373… — поворачиваю ручку двери. Полумрак скрадывает размеры апартаментов. Несмотря на жаркий, июльский полдень, здесь сумрачно и сыро. Напротив, спиной ко мне, стоит женщина в белых ниспадающих одеждах. Я предупредительно кашляю, она никак не реагирует.
Повернув голову, вижу сидящую на полу девочку.
Девочка играет с куклой. Ребенок внимательно смотрит на меня, кивает… и сказав:
— Дядя… бяка, — смеется и бросает куклу.
После этого она начинает быстро увеличиваться в размерах. Взрослеть.
Несколько секунд… — она становится подростком, девушкой, молодой женщиной, дамой преклонного возраста, старухой… — в следующее мгновение прах рассыпается, перепачкав белоснежное платье.
Рядом валяется та же кукла.
Я отвожу от куклы взгляд… передо мной женщина в белом.
Она кладет руку на мое плечо. Рука теплая, участливая.
— Ты на правильном пути. Иди…
Взгляд ее устремлен на меня, но глаза пусты.
Они не слепы… они просто — пусты.
***
— Может быть, вам еще кофе? — спрашивает официантка.
— Д-да, пожалуй, — я прихожу в себя и включаюсь в окружающую реальность.
— Хотя, лучше, принесите кофе и сто коньяка.
Откинувшись в пластмассовом кресле, я огляделся по сторонам. Июльская жара разогнала жителей города по курортам, пляжам, деревням. Парк, обычно заполненный народом, сейчас пуст. Марево, стоящее над раскаленной асфальтовой площадью, неверно и зыбко колебалось, создавая ощущение призрачности пейзажа. Летнее кафе, на веранде которого я сидел, зазывно распахнуло двери, но посетителей не было.
— 'Дербент', — вопросительно-утвердительным тоном отрапортовала работница общепита.
По мне, так хоть 'саксаул'. Пожалуй, зря я вчера так набрался, хотя — была вполне объективная причина.
Тоска.
Я сделал приличный глоток из фужера, закурил 'Парламент' и вновь погрузился в дрему…
… Песок был не желтым, каким он должен быть, а голубоватым. Белым до голубизны. И над ним висело белое солнце. На белом бархане стояла женщина в белом и призывно махала рукой.
Неужели такая жара, что других красок не осталось вовсе?
Ч-черт! Догоревшая сигарета обожгла пальцы. Шипя, я затушил ее в пепельнице и потянулся за бокалом, но вынырнувший из коньяка чертик отвлек внимание.
— Ну? Зачем это? Давай… иди маленький, гуляй. Не лезь во взрослые дела.
Чертик упорно сидел на краю и указывал на
— Ба-а… нашего полку прибыло.
Через два столика от меня сидела неважно крашеная блондинка и рассеянно листала меню.
— Ну и что? Ты это хотел показать? Эка невидаль, — я опустил глаза.
Чертика уже не было. Ушел, а жаль… поговорили бы.
Я отхлебнул коньяк.
Вчерашний день с самого утра притащил охапку проблем. Давно обещанные клиентам поставки задержались, юрист два часа парил мозги исковым заявлением по выбиванию неустойки из партнеров, договор на получение кредита с буржуями потребовал очередных корректировок; так что к полудню я чувствовал себя совершенно вымотанным. Пора было свалить в зал. Размяться.
Звонок не предвещал ничего хорошего.
На звонки отвечает секретарь, но сейчас она ушла обедать. Пришлось брать трубку самому.
— Здравствуйте, а куда я попала? — женский голос был приятным на слух.
— А куда вы целились? — сострил я.
— Мне нужно трансагентство, согласовать условия перевозки.
— Вы ошиблись, это другая организация.
— Извините.
Через минуту звонок повторился — опять она.
— Извините, неправильно соединяют.
Потом девушка, заслышав мой голос, начала бросать трубку. Я оставался спокойным и вежливым. После восьмого или десятого раза это надоело, и я успел выкрикнуть:
— Алло… не кладите трубку!
— Что? — она чуть не плакала.
— Какой номер набираете? Я позвоню и попрошу их перезвонить вам. Идет?
Секунду подумав, она назвала оба номера. Трансагентства и свой.
Минут через десять, я потянулся к телефону.
— Ну что? Получилось?
— Я вам так благодарна, вы себе представить не можете…
— Могу. А вам не кажется, что это судьба?
— То есть?
— А вот так. Судьба толкает нас друг к другу, — на меня наехало игривое настроение.
— Вы фаталист?
— Еще какой…
— А я не верю в судьбу.
— А что, если мы это обсудим за бутылочкой шампанского?
— А что если я замужем?
— А я по голосу слышу, что нет.
— А это как?
— А вечером расскажу.
— А где?
— А в восемь часов, на аллее, у ресторана 'Колизей'.
— Годится. А как вы меня узнаете.
— А вы мне скажите, как вы выглядите.
— Ну-у… я высо-окая, худощавая брюне-етка, топ-модельного роста. У меня смуглая ко-ожа и зеле-еные глаза. На мне будет красный топик и голубые джинсы. А как я узнаю вас?
Сообщение о росте несколько озадачило. При моих ста семидесяти пяти, находиться рядом с колокольней не очень светило. Хотя… можно все сделать иначе — опишу себя как нечто противоположное, подойду, осмотрюсь и если увижу крокодила — спокойно удалюсь, никем не опознанный. НХО — неопознанный ходячий объект. Если явление понравится — можно обратить все в шутку.
— Запоминайте. Я высокий голубоглазый блондин. На вид — лет тридцати. Одет в вельветовые джинсы и майку 'Adidas'. В руках брелок от ключей.
— Ключи от машины или от квартиры? — на том конце хихикнули.
— У меня все на одной связке. Ну что, до вечера?
— До вечера.
Положив трубку, я сообразил, что не узнал, как ее зовут, но… какая собственно разница.
Без пяти восемь я стоял на 'Колизеевской' аллее.
Народу было немного.
Сидящие на лавочках бабочки беспечно болтали и хихикали о
Ч-черт! Она могла воспользоваться тем же способом рекогносцировки. Смешно. Тогда мы можем целый вечер топтаться вокруг и не узнать друг друга. Во всяком случае, своим строгим деловым костюмом и волосами с проседью, я далеко не соответствовал тому описанию, которое выдал. Да и рост у меня не баскетбольный.
Пришлось присесть на скамью. Тут же одна из путан, отделившись от стаи, подлетела, словно чайка за коркой хлеба.
— Интересуетесь отдохнуть?
— Да что ты, милая, разве я похож на человека с проблемами? Я похож на человека без проблем…
— Жаль, — она кокетливо стрельнула глазами и, покачивая атрибутами, пошла к подругам.
— А мне, нисколько…
В половине девятого стало ясно, что дольше ждать нет смысла. Либо она не пошла, либо… произошло то, чего я опасался. Еще раз, осмотревшись и решив, что ничего похожего в зоне внимания нет, набрал номер.
— Абонент временно недоступен, — вежливо ответил мне автомат.
— Ну и ладно, — плюнул я и направился в 'Колизей'.
— Знать — не судьба…
Ресторан был пуст и радостный метрдотель, в совершенном восторге захлопотав вокруг меня, препроводил за столик и вручил молодой официантке.
Лена — значилось на беджике, приколотом к белой блузке.
— Что будете заказывать? — Лена раскрыла блокнот.
— Водки и чаю.
Я пил и не пьянел. Пил зло, точно, профессионально.
Лена пыталась наполнять рюмку, но я прервал это бессмысленное занятие и попросил оставить меня в покое. Когда понадобится — позову.
Вскоре она понадобилась. Заказать второй графин.
А с чего у меня вот так, внезапно, испортилось настроение? Из-за какой-то гадюки с зелеными глазами? Я ее даже не видел. Не исключено что явись она на эту встречу, я ускакал бы как сайгак, и сейчас уже сидел дома у телевизора.
Дома…
А сколько можно сидеть дома, позвольте узнать? И разговаривать с телевизором и караоке? И пить водку с тем же караоке, уверяя его, что он уже полная готовальня, и мне с такой пьяной японской свиньей неинтересно.
А больше разговаривать не с кем. Дочь в Германии, бывшая жена в Москве. Впрочем, будь она здесь — что толку? Все равно последние два года мы практически не общались.
— Денег дай — денег на…, — вот и весь разговор.
Оп-ро-ти-ве-ло все. Потому и злой такой сижу. Пренебрегли мной — потому что. Гадюка зеленоглазая.
Спасибо тебе, Господи — отвел. Просыпаешься утром… — на тебя глаза зеленые в упор смотрят. Умом тронуться можно.
Куда же мне сейчас двигать? Второй графин кончился. Прихватить с собой еще
— Леночка. Вызови мне такси, умница. И счет, пожалуйста…
***
Анджела — сучка такая.
Она ведь специально подстроила. Я, как дура, рассказала. А она… — разохалась, разахалась. Да ты что? Да как романтично! Подруга. Тварь! Специально часы перевела. Была надежда, что он позвонит, а тут в мобильнике карта кончилась и денег нет на новую. Мамочка… Я даже номера не знаю. Я ведь к нему случайно попадала. Господи! Ну почему я такая невезучая? В кои-то веки, встретился мужик, который повел себя как мужик… и на тебе. И чего приперлась сюда, по такой жаре? Что я тут потеряла? Деньги последние вчера трансагентству заплатила, чтобы вещи от свекрови перевезти, сколько эту каргу терпеть можно. От мужа второй год вестей нет. Уехал на заработки. Знаем мы эти заработки… — кобель.
Все они — кобели и уроды. Вон напротив, кретин какой-то сидит. Не проспался после вчерашнего. Алкаш конченый, сразу видно. Коньяк жрет. Откуда у него деньги на коньяк? И курит 'Парламент'. А одет, как последний жлоб — в штаны спортивные.
… Какой у него голос был… твердый, уверенный. Привык по телефону говорить и людьми командовать. Блондин, голубоглазый… мамочка… зареветь что ли?
Девушка, у вас кока-кола холодная? Стаканчик принесите, пожалуйста.
***
Барышня! Еще сто коньяку, кофе и минералки холодной. Пепельницу не трогайте. Люблю когда окурков много.
А чертовски приятно, вот так — ничего не делать.
Во сколько я спать лег? Надо у сторожа спросить.
Утром проснулся… — хорошо, никто не видел. Так в костюме и завалился. Видок у меня был — будь здоров. Нашел штаны старые, треники, майку и вот… сижу… как простой человек.
А хорошо коньяк с утра идет. Хотя, какое там утро. Наверное, часов двенадцать. И не звонит никто. А куда звонить? Мобильник на даче бросил. По-ошло оно все. Праздник у меня. Праздник имени зеленоглазой гадины, которая мне жизнь чуть не исковеркала.
А, кстати, о гадинах! Мышка напротив сидит… — очень даже ничего. Конечно, не топ-модель и волосы так себе, но личико ничего. Подойти познакомиться? Лень. Может сама придет? А так — все при ней… бюст, как полагается.
Ага, встала, ну-ка…
Э-э… нет… — ноги не фонтан. Женская нога — тонкая штука. Три просвета. Ни больше, ни меньше. И форма… форма должна быть, строго определенная. На эту тему диссертации писать можно. Хе… — женская нога!
Не-е… не фонтан. Назад идет, сигарет купила. Вроде бы официантка не могла ей принести. Что ж они так, смалят-то все? Как самашедшие! Черт-та с два. Это она мне фигуру свою демонстрировала. А вот так, подойти к ней сейчас и сказать — а фигурка-то у вас… — не фонтан. Нет… талия, станок там — нормально. А вот, нога — не фонтан. Вот она удивится. И в рожу мне соса-солу свою выльет.
Конечно, не то, что та… топ-модель… в красном топике.
***
И зачем я вчера наплела? У меня и топика никакого нет. И про рост? Сама себя перехитрила. Думала, подойду, гляну, если понравится — скажу, пошутила. Вот и глянь теперь. Прибежала к ресторану без пяти девять… — ждут тебя тут, Светочка, на белом 'Мерседесе'. Покрутилась, облизнулась и домой. Хорошо хоть домой, к маме, а не к свекрови. Сколько она меня пилила… 'поздно являешься…'. А когда мне являться? Я женщина свободная. Жара какая! А этот сидит, коньяк хлещет. Рожа красная вся, как у Евдокимова. Ох, и я бы сейчас коньячку хватанула с расстройства, да денег нет. Так. Сигареты я взяла, а зажигалку…?
Ну, хватит у него ума предложить девушке зажигалку? Сижу, кручу сигарету…. Долго я ее крутить буду? Вот, бармен идет. Мир не без добрых людей. А этот урод, так и будет сидеть, сквозь меня пялиться? И ведь тоже чей-то. Нажрется сейчас, домой заявится, а тут Фекла его и встретит, как положено — сковородкой. Автослесарь какой-нибудь. Да нет — руки чистые, на автослесаря не похож. Интересно, а кем же мой работает, голубоглазенький…? Займу завтра у Инки денег, куплю карту, попробую опять в трансагентство позвонить. Вдруг получится. А если нет?
Где же они, голубоглазенькие на 'мерседесах'? Где их на всех нас набраться? Ленке вон, повезло — за банкира вышла. Каждый месяц — то в Анталию, то в Испанию. Сейчас в Австралии. А нам все больше такие… в штанах спортивных… уроды.
Ненавижу!
Я бы тебе устроила жизнь! Ты бы у меня посидел с коньячком в кафушечке. Пахал бы… как миленький. И все — до копеечки домой.
Ладно, надо идти. С работой
***
Чего это она мне глазки строит?
А-а… сигарета есть, а прикурить нечем. Ну и ладно. Обойдешься, не барыня. Курить вредно. Сама сходишь. Во… халдей поднес огоньку. Сервис.
Ишь… глазищами как зыркает. Чего я ей сделал — как на родного.
Вот попадется такая — создаст уют. Все не так, все не по ней.
Дети пойдут, а лет через пять — все… развод. Алименты.
С вас, гражданин коммерческий директор, причитается…
Не-е… я лучше с караоке буду разговаривать.
Лапушка… счет давай.
***
Мужчина и женщина, сидевшие в кафе, одновременно поднялись, прошли к выходу, обменялись ненавидящими взглядами и направились в разные стороны…
В знойном мареве, висевшем над раскаленным асфальтом, на мгновение промелькнул силуэт женщины в белом. Она недоуменно смотрела им вслед.
Почудилось…
1 августа 2002
17.02.2011, 506 просмотров.